Индивидуальный фотопортрет в сравнении с групповым, сюжетным более статичен. В нем преобладает не движение, а положение рук. Правильно найденное и гармонирующее с общим обликом персонажа, оно заметно оживляет композицию. Портрет с руками обогащает образ.
Разве не убеждает в сказанном профильный портрет работы известного немецкого фотохудожника Гуго Эрфурта? Именно руки, их форма и положение, определили собой социальный тип человека. А такая деталь, как перстень на безымянном пальце, исчерпывающе завершила его характеристику.
Иное решение образа своего современника нашел советский фотожурналист Лев Устинов в портрете старого латыша. Многозначащи поза, жест и лицо труженика. Но еще выразительнее руки, ставшие основой композиции. Тяжелые, жилистые руки много потрудившегося на своем веку человека здесь не только типическая черта, но идейный стержень сюжета. Надо думать, что точка съемки, преувеличившая пропорции, фактурность оптического рисунка выбраны сознательно.
За автором всегда остается право использовать технические средства .по своему усмотрению. Смело и оригинально распорядился освещением фотолюбитель Н. Лаврентьев в портрете Николая Асеева (кстати сказать, это последнее прижизненное изображение поэта). Руки в центре кадра, но они не заслоняют лица. Спокойное и гармоничное переплетение пальцев — характерный индивидуальный жест. Обычно так и держал поэт руки при разговоре. Моделированные мягкой светотенью, они как бы напоминают о мягком душевном складе человека. Таким и был Асеев в жизни…
В дореволюционной фотолитературе можно найти немало статей, специально посвященных съемке рук. Некоторые из них не потеряли своего интереса и сейчас.
Известный в начале века русский фотохудожник Б. И. Пашкевич (автор превосходных портретов композиторов Рахманинова и Глазунова, скрипача Могилевского, художника Мурашко) писал:
«Фотографы часто во избежание излишней возни дают своим моделям в руки различные предметы: книгу, карандаш, веер, спинку стула и прочее. Я не утверждаю, что этого нужно совсем избегать, но если уж приходится прибегать к таким «вспомогательным средствам», то необходимо по крайней мере создать какую-нибудь связь между человеком и той вещью, которую он держит, то есть чтобы выражение лица или поза всей фигуры объяснили зрителю, что именно делал или намерен делать человек с книгой, карандашом и т. п.
Комментарии закрыты.