Наппельбаум указывал еще и на значение сторонних знаний о человеке. «Когда я снимаю портрет человека широко известного, — писал он, — мне помогает все то, что я знал о нем раньше, все то, что я мог услышать, прочитать». В других высказываниях фотопортретист добавляет: «Зачастую признаки характера раскрываются вовсе не в тех чертах и деталях, которые бросаются в глаза с первого взгляда. Они бывают даже невидимыми для неопытного глаза. Мне помогла работа над портретами людей, которых я хорошо знал. Она обогатила мой опыт, мое понимание человеческой психологии. Имея понятие о характере человека, я научился разбираться в приметах его индивидуальности, понимать его выражение лица, делать обобщения на основе своих наблюдений».
«Внешность обманчива» — бросаем мы порой крылатую фразу. Нет, наблюдательный художник не обманется. Ни одна зримая деталь, выражающая общее в единичном, не минует его. Он ищет характерное и в косвенных признаках. Эти признаки проявляются и в поведении человека и даже в его манере одеваться.
Легкая, ниспадающая прядь, тяжелые локоны или плотный до глянцевого блеска зачес — тоже немаловажный элемент характеристики.
А украшения, фасон платья, особенность носить одежду служат показателем привычек, вкуса, культурного уровня человека, открывающих какие-то новые грани его характера.
В. Мейерхольд находил, что костюм — тоже часть человеческого тела. Обучая актеров создавать сценический образ, он приводил в пример настоящего кавказца, на котором даже бурка, скрывающая фигуру, способна передавать «ритмические волны тела».
Одежда — весьма важный элемент характеристики. И легко понять досаду истинного фото портретиста, вынужденного иметь дело с расфранченными модницами или специально приодевшимися людьми. Кому из работников съемочных ателье не знакомо их настойчивое желание сфотографироваться в новом костюме?
Комментарии закрыты.